Михаил Арменча: Я предпочитаю верить врачам

 92 •
  0
10.09.2021
Слева Михаил Арменча, справа онколог, радиотерапевт, ведущий эксперт по радиотерапии Онкорадиологического центра ПЭТ-Технолоджи в Балашихе Александр Панкратов

Во-первых, Михаил Петрович Арменча – это человек абсолютного XIX века. Тот, который не особенно ориентирован на время, в начале девятнадцатого века не носили часов, это не значит, что он не обязателен, обязателен и даже щепетилен, но он иначе ориентирован, на ощущение, что он сделал или не сделал свое дело, на какие-то глобальные цели, которые он ставит перед собой. Во-вторых, он человек абсолютной радости и чистого восторга, с каким-то непередаваемо детским «ах». – Вы только посмотрите, как красиво! А?! — вот он такой, даже внешне. И что является источником этой радости детской, я не выясняла, я его о другом спрашивала. Я спрашивала о том, что кажется на первый взгляд невыносимым испытанием. И знаете, все выносимо и все не зря.

Дословная прямая речь.

Мне было 46 лет, и я, как все мы, диагноза не ждал. Я проходил рутинную флюорографию, планировал сопровождать дочь на курортно-санаторное лечение. И на снимке обнаружилось пятно с пятикопеечную монету. Стали выяснять его природу, исключили туберкулез, а я был курильщик с серьезным стажем, повод для беспокойства был. Назначили дополнительные обследования. Я помню этот разговор с доктором. – К сожалению, мне нечем вас порадовать, Михаил Петрович, сказал мой доктор - диагноз подтвердился, рак легкого, но не отчаивайтесь. Будем лечить! Я ответил – Ну что ж, рак так рак. - И все? — спросил доктор — Это все, что вы скажете? – А что тут еще скажешь? Я действительно так думаю. Уже все случилось. Заламывать руки? Рвать на себе волосы? Какой смысл? Это путь и его надо пройти.

Я вышел из клиники, был очень красивый сентябрьский день. Я шел и думал страшно ли мне? Наверное, страшно, но у меня уже был намеченный доктором план лечения. Мой диагноз требовал радикального подхода. Врачи приняли решение оперировать. Я это решение безоговорочно принял. Удалили правую нижнюю часть легкого. Дальше была долгая реабилитация. Это нелегко, но выносимо. Дальше четыре года тишины.

На очередном обследовании доктору ультразвуковой диагностики не понравилась моя правая почка. Шесть пункций оказались нерезультативны. Очаг располагался таким образом, что не достать. Встал вопрос о диагностической операции. И я снова абсолютно доверился врачам. Я помню сказал тогда – Оперируем, вскроем увидим, что там. Если все хорошо, значит хорошо, если поймем, что все не очень – удалим больное. На том и порешили. Почку удалили. Рак вернулся. Но мы с врачами были во всеоружии. Поймали. И жизнь продолжилась. Жизнь во всей своей красоте и прелести, со своими слезами и радостями, но полная своим уникальным совершенством Жизнь.

Еще через два года рак добрался до позвоночника. Неугомонная болезнь. Я часто говорю, что рак как женщина, он непредсказуем. В обоих случаях прежде речь не шла ни о химиотерапии, ни о лучевой, обходились хирургией. Все это время я наблюдался в НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина. Меня лечили и поддерживали лучшие на свете врачи. А нужно сказать, что мне очень везло с докторами. Точнее, мне очень везет с людьми, как с моим другом, моим первым доктором, с которого началось мое лечение – хирург-онколог Чебан Николай Николаевич. С его легкой руки я попал впоследствии на прием к Александру Евгеньевичу Панкратову. Вокруг меня оказываются люди, готовые помочь. Я ни на одну секунду не оставался один на один с болезнью. Мои доктора бережно передавали меня из рук в руки. И каждый раз я видел в их глазах решимость и уверенность в том, что все будет хорошо. Когда решался вопрос о моей лучевой терапии, в институте Блохина на профилактику встал лучевой аппарат, тот, что принимал пациентов по ОМС. А я честно признавался, что мешков с деньгами у меня нигде не припрятано, поэтому помогите. Все, что можем сделать по страховке, давайте сделаем. И мой лечащий врач при мне позвонила Александру Евгеньевичу Панкратову (ведущий эксперт по лучевой терапии медицинского центра ПЭТ-Технолоджи), и сказала - Надо помочь. И я по ее рекомендации оказался на приеме у Александра Евгеньевича.

Это было, что называется, взаимопонимание с первого взгляда. Доктор взглянул на мои обследования сказал – Ну что ж, полечим. Вы, Михаил Петрович, должны знать, что через меня прошли сотни пациентов с вашим диагнозом, мы это лечить умеем. А я не сомневался! И доктор буквально за руку взял меня и повел. Он присутствовал на укладке, он сам своими руками смоделировал мою сетку. — Вот, теперь главное, каждый раз ложитесь так как сейчас, точно по контуру, чтобы мы не промахнулись. Я был потрясен, что заведующий отделением, практикующий доктор, у которого забот полны руки и очередь из пациентов так внимателен. И мы снова победили и остановили болезнь.

Сегодня, к моему сожалению, рак снова дает о себе знать, но я просто не имею права на то, чтобы опустить руки. Врачи делают свою работу, Господь свою, а я должен делать свою. Иногда да, собрав волю в кулак, а разве есть другой выбор? Любой онколог сегодня скажет вам, что к раку стоит относится как к хроническому заболеванию, которое можно и нужно контролировать.

Не секрет, что обследования, а их в жизни онкопациента много, это очереди, а очереди – это разговоры, те, что «одна бабушка сказала». Я ничего не имею против бабушек, но прислушиваться все же стоит к тем, кто в теме, чья профессия лечить и разбираться в болезнях. Следуйте рекомендациям врачей. Задавайте вопросы им, а не соседям и знакомым. Сколько раз за это время я слышал «зачем ты веришь этим врачам, вот езжай к тому-то, он лечит и ни операция не понадобится, ни лучевая терапия». Я предпочитаю верить врачам. Наверное, случаются и недобросовестные доктора, мне не встречались, но есть, наверное. Если вам не повезло, и такой доктор попался вам на пути, ищите другого, того, кому будете доверять, потому что лечение – это сотрудничество, в нем без доверия никак.

Изменилась ли моя жизнь с постановкой диагноза? Конечно! Она стала ярче! Я верующий человек. Это не дань моде, не приход в церковь от страха, не вчера со мной случилось. Я вырос в верующей семье, поэтому вера для меня естественна. За все эти годы я ни разу не задал вопрос: Господи, за что? Почему это со мной? Господь бесконечно милостив, и жизнь, созданная им, бесконечно прекрасна. Как бы ни казалось, что слова эти звучат высокопарно, но это так. Я дочерям своим часто говорю, разве важно то, о чем ты вы расстраиваетесь, все наши сожаления о нехватке денег, ссорах на работе, да просто о плохой погоде — все это такие пустяки. Посмотрите вокруг, не чудо ли все это?!

Фотопроект «Я и мой доктор»

Понравилась статья?
Поддержите нашу работу!
ToBeWell
Это социально-благотворительный проект, который работает за счет пожертвований неравнодушных граждан и наших партнеров
Подпишись на рассылку лучших статей
Будь в курсе всех событий

Актуальное

Главное

Партнеры

Все партнеры